Не тратя времени на объяснения, Мишель вскочил и ринулся к мосту. Еще не добежав до канала, он пришел к заключению: яростное рычание мотора доносится с набережной.

«Дикарь какой-то… или сумасшедший, – думал парень. – Задавил человека, может быть, насмерть, и удрал. Вряд ли он видел нас с Даниелем, небось не подозревает, что имеются свидетели».

Небо заволокло тучами. Внезапно поднявшийся прохладный ветерок дул в сторону канала. Выше по течению, за мостом, темнел прямоугольник шлюза. А еще выше, возле старого завода, были пришвартованы две баржи, не успевшие вечером пройти шлюз. Завод был обнесен высокой стеной, отбрасывающей тень, в которой вполне мог укрыться беглец. Мишель отметил про себя, что треск мотора стих.

В крайнем изумлении юноша остановился, тяжело дыша.

– Что бы это значило?

Он мысленно вообразил, как шофер-лихач забился в угол кабины, а может, пристально вглядывается в черноту, высматривая погоню.

«На этом мосту, небось, меня за версту видно», – сказал себе Мишель.

Тщетно он шарил глазами по набережной. Возле самого моста темноту прорезал конус света от одинокого фонаря, но остальная часть речного порта тонула в кромешной тьме.

Мишель не долго мешкал. Он прекрасно сознавал, какой подвергается опасности. Может статься, преступник прячет машину во дворе заброшенного завода. Опасный правонарушитель, скрывшийся с места происшествия, – незнакомец без зазрения совести расправился бы с чересчур любопытным свидетелем.

Невзирая на риск, Мишель решил действовать. Поступок водителя был настоящей подлостью. Он обязан ответить за него по всей строгости; пусть будет составлен протокол, определен причиненный ущерб…

Отойдя от моста, Мишель свернул налево и спустился на набережную. Прошел мимо шлюза, мимо двух барж, на борту которых не было света.

Миновав освещенную зону вокруг фонаря, юноша погрузился во мрак.